Законы и постановления РФ

Обзор Костромского областного суда, Управления Судебного департамента при Верховном Суде РФ в Костромской области от 02.02.2006 <Обзор кассационно-надзорной практики по уголовным делам (вопросы применения уголовного права) за период с 2001 по 2004 гг.>

КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

УПРАВЛЕНИЕ СУДЕБНОГО ДЕПАРТАМЕНТА ПРИ ВЕРХОВНОМ СУДЕ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ОБЗОР

ОБЗОР КАССАЦИОННО-НАДЗОРНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

(ВОПРОСЫ ПРИМЕНЕНИЯ УГОЛОВНОГО ПРАВА) ЗА ПЕРИОД С 2001 ПО 2004 ГГ.

КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Вопросы применения Общей части УК РФ

Действие уголовного закона во времени

Тяжесть преступления, совершенного до принятия нового уголовного закона, определяется правилом статьи 10 УК РФ об обратной силе закона.

Ж. был судим за умышленное убийство по ст. 103 УК РСФСР к наказанию в виде лишения свободы, которое отбыл в 1993 году. В 2000 году им совершено новое преступление - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, за которое он осужден по ст. 111 ч. 3 п. “в“ УК РФ
как лицо, ранее совершившее убийство, судимость за которое еще не истекла. При этом суд не учел, что ст. 103 УК РСФСР предусматривала наказание от 3 до 10 лет лишения свободы и относится к категории тяжких преступлений. Прежний УК РСФСР не предусматривал понятия особо тяжкого преступления и в силу ст. 10 УК РФ уголовный закон, каким-либо образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Согласно ст. 86 ч. 3 п. “г“ УК РФ судимость за тяжкие преступления погашается по истечении 6 лет после отбытия наказания, следовательно, у Ж. она погашена в 1999 г. и не может выступать квалифицирующим признаком нового преступления. Президиум переквалифицировал его действия на часть 1 ст. 111 УК РФ.

(пост. 28.09.01) - обз. за 3 кв. 2001

По общему правилу действия уголовного закона во времени (ст. 9 УК РФ), преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения преступления, если новый закон не улучшает положение лица, совершившего преступления.

Органами предварительного следствия Е. обвинялся по п.п. “в, г“ ч. 2 ст. 158 УК РФ за совершение кражи, имевшей место в октябре 2002 г. Судом его действия переквалифицированы на ч. 3 ст. 158 УК РФ в редакции Федерального закона от 31 октября 2002 г.

Судебная коллегия по уголовным делам приговор изменила и постановила считать Е. осужденным по п.п. “в, г“ ч. 2 ст. 158 УК РФ в первоначальной редакции. Санкции части 2 ст. 158 УК РФ в первоначальной редакции, действовавшей во время совершения преступления, и части 3 ст. 158 УК РФ в редакции Федерального закона от 31 октября 2002 г. одинаковы, новый уголовный закон
не устранил преступность деяния и не улучшил каким-либо образом положение Е., поэтому в силу ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния должны определяться законом, действовавшим во время его совершения.

(опр. 27.02.03) - обз. за 1 кв. 2003

Виды умысла

По смыслу уголовного закона, при неопределенном (неконкретизированном) умысле ответственность наступает за фактически причиненные преступлением последствия.

А., Б. и Г. органами предварительного следствия привлечены к уголовной ответственности по п. “б“ ч. 3 ст. 158 УК РФ за кражу чужого имущества в крупном размере. Судом установлено, что они проникли в помещение и изъяли оттуда несколько коробок, в которых, по их мнению, должны были находиться товары бытовой химии, а фактически оказались вещи, имеющие общую стоимость свыше 500 МРОТ, принадлежавшие нескольким потерпевшим.

Суд исключил признак “хищение имущества в крупном размере“ и переквалифицировал действия осужденных на часть 2 ст. 158 УК РФ, ссылаясь на то, что сумма ущерба складывается из причиненного ущерба нескольким потерпевшим, и по показаниям осужденных, они не знали точно, что находится в коробках, так как не заглядывали в коробки, и не имели умысла на хищение имущества в крупном размере.

Приговор отменен судебной коллегией по причине неправильного применения норм материального права. По смыслу закона (ст. 25 УК РФ), при неопределенном (неконкретизированном) умысле уголовная ответственность наступает за фактически причиненные преступлением последствия. Сумма похищенного А., Б. и Г. чужого имущества превышала 500 МРОТ, и при доказанности обвинения их действия следовало квалифицировать по п. “б“ ч. 3 ст. 158 УК РФ как хищение в крупном размере.

(опр. 16.07.02) - обз. за 3 кв. 2002

Установление цели преступления возможно лишь в отношении преступлений, совершенных с
прямым умыслом.

Судебной коллегией по уголовным делам по кассационному представлению государственного обвинителя и кассационной жалобе осужденного рассматривалось дело в отношении К., признанного виновным в убийстве С. путем нанесения последнему двух ножевых ранений в жизненно важные органы, по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В описательно-мотивировочной части приговора суд указал, что К. умышленно с целью убийства нанес С. ножевые ранения в жизненно важные органы. При обосновании квалификации содеянного К. суд, вместе с тем, отметил в приговоре, что К. действовал с косвенным умыслом, поскольку сознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, и хотя не желал их, но сознательно допускал эти последствия или относился к ним безразлично.

Выводы суда по поводу субъективной стороны совершенного К. преступления противоречат друг другу и не соответствуют уголовному закону. Согласно ч. 2 ст. 25 УК РФ, если лицо желало наступления общественно опасных последствий от своих действий, то есть действовало с определенной целью, такое преступление признается совершенным с прямым умыслом. Совершение же преступления с косвенным умыслом предполагает отсутствие у лица желания наступления последствий, то есть цели преступления. В связи с этим судебная коллегия исключила из приговора указание о нанесении К. ножевых ранений С. с целью убийства.

(опр. 19.06.03) - обз. за 2 кв. 2003

Соучастие, группа лиц

Само по себе совместное участие двух или более лиц в преступлении еще не дает основания для оценки их действий как совершенных группой лиц по предварительному сговору.

В., Г. и другие признаны виновными в совершении краж и мошенничества группой лиц по предварительному сговору.

Коллегия, отменяя приговор, отметила, что судом в нарушение требований
ст. 314 УПК РСФСР (сейчас ст. 307 УПК РФ) не указаны конкретные действия, которые совершены каждым из участников совместных преступлений, время и место вступления ими в предварительный сговор на совершение преступлений, в чем конкретно выразился предварительный сговор между ними. Преступление же признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

(опр. 11.09.01) - обз. за 3 кв. 2001

Если преступление совершено двумя лицами, одно их которых являлось исполнителем, а другое - пособником преступления, их действия не могут квалифицироваться как совершенные группой лиц по предварительному сговору.

З. и С. признаны виновными в том, что первая, ранее уже судимая, проникла в жилище потерпевшей с целью совершения хищения чужого имущества, откуда открыто похитила имущество потерпевшей на сумму 385 рублей, а вторая оставалась у дома для контроля за обстановкой. Действия З. квалифицированы судом по п.п. “а, б, в“ ч. 2 ст. 161 УК РФ, а С. - по ч. 5 ст. 33 и п.п. “а, в“ ч. 2 ст. 161 УК РФ. Рассматривая дело в кассационном порядке, судебная коллегия исключила из приговора осуждение З. по п. “а“ ч. 2 ст. 161 РФ, указав, что в соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении.

По смыслу данной нормы уголовного закона, признак совершения преступления группой может иметь место только при наличии в действиях соучастников соисполнительства. С. же является не соисполнителем, а пособником преступления, в связи с чем ни она, ни исполнитель не
могут нести ответственность за групповое преступление. Кроме того, С., не дождавшись З., ушла домой и не знала, что хищение имело открытый характер, поэтому, при наличии эксцесса исполнителя, ее действия следует правильно квалифицировать по ч. 5 ст. 33 и п. “в“ ч. 2 ст. 158 УК РФ.

(опр. 15.11.01) - обз. за 4 кв. 2001

Доводы суда о невозможности переквалификации действий осужденных с признака “совершенные группой лиц по предварительному сговору“ на “совершенные группой лиц“ не основаны на законе.

С., К. и Д., грубо нарушив общественный порядок, нанесли нескольким потерпевшим телесные повреждения. Органы предварительного расследования предъявили им обвинение в хулиганстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору (п. “а“ ч. 2 ст. 213 УК РФ). Суд, признав недоказанным наличие у подсудимых предварительного сговора на совершение хулиганства, переквалифицировал их действия на часть 1 ст. 213 УК РФ, указав, что хотя их действия и носили групповой характер, однако признак “совершение преступления группой лиц“ (без предварительного сговора) им не вменялся и поэтому суд не может квалифицировать их действия по тому же п. “а“ ч. 2 ст. 213 УК РФ как совершенные группой лиц. Президиум отменил приговор суда. Доводы суда не основаны на законе, так как в указанном случае суд в соответствии со ст. 254 УПК РСФСР (сейчас ст. 252 УПК РФ) вправе применить закон о менее тяжком преступлении, а фактические обстоятельства дела существенно не изменились

(пост. 04.01.02) - обз. за 1 кв. 2002

Лицо, не являющееся специальным субъектом, участвовавшее в совершении преступления, несет уголовную ответственность за данное преступление не как соисполнитель, а в зависимости от обстоятельств дела, в качестве организатора, подстрекателя
или пособника.

В., работая почтальоном и используя свое служебное положение, совместно с частным лицом - М. совершили хищение денежных средств, вверенных В. Судом она признана виновной по п.п. “а, в“ ч. 2 ст. 160 УК РФ, а М. - по ч. 5 ст. 33 и п. “а“ ч. 2 ст. 160 УК РФ. Государственный обвинитель в кассационном представлении поставил вопрос об исключении из обвинения В. и М. признака совершения хищения группой лиц по предварительному сговору (п. “а“ ч. 2 ст. 160 УК РФ). Суд кассационной инстанции удовлетворил представление и квалифицировал действия В. по п. “в“ ч. 2 ст. 160 УК РФ, а действия М. переквалифицировал на ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 160 УК РФ, по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 4 ст. 34 УК РФ, лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части Кодекса, участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя либо пособника. При таких обстоятельствах совместные действия специального субъекта и частного лица не могут образовывать соисполнительство в преступлении, а, следовательно, квалифицироваться как совершенные группой лиц по предварительному сговору

Примечание составителя: по данному делу действия М. изначально следовало правильно квалифицировать как пособничество лицу, совершившему хищение вверенного имущества с использованием служебного положения, т.е. по ст. 35 ч. 5 и 160 ч. 2 п. “в“ УК РФ, однако данный признак ему не был вменен органами предварительного следствия.

(опр. 18.03.03) - обз. за 1 кв. 2003

При соучастии с разделением ролей, когда один из соучастников является исполнителем преступления, а
другой, к примеру, только подстрекателем, их действия не могут квалифицироваться как совершенные группой лиц, поскольку, по смыслу закона, совершение преступления группой лиц возможно лишь при соисполнительстве.

Согласно приговору суда, Р. предложил С. совершить преступление - разбойное нападение, и с этой целью вооружиться металлическим стержнем, поддерживал решимость С. совершить преступление, подталкивая его и, подбадривая словами “давай, давай“, в результате чего С., ранее уже дважды судимый за хищение, совершил разбой с незаконным проникновением в жилище и с использованием предмета в качестве оружия (п. “г“ ч. 3 ст. 162 УК РФ). Р. осужден за подстрекательство С. к разбою при вышеуказанных обстоятельствах (ст. 33 ч. 4, 162 ч. 2 п. п. “а, в, г“ УК РФ). При этом действия обоих осужденных квалифицированы по признаку “совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору“.

Исключая из приговора в отношении обоих осужденных данный квалифицирующий признак, судебная коллегия в своем определении указала, что изложенные в приговоре действия Р. и С., при которых в выполнении объективной стороны преступления участвовал лишь один из них - С., а Р. только подстрекал его к преступлению, исключают оценку преступления как совершенного группой лиц по предварительному сговору.

По смыслу закона (ст. 35 УК РФ), квалификация преступления, как совершенного группой лиц, может иметь место только при соисполнительстве.

(опр. 15.04.03) - обз. за 2 кв. 2003

Исчисление судимости

Досрочное освобождение от отбывания наказания по акту амнистии не влечет одновременного погашения судимости.

К. был судим в 1996 г. по ст. 206 ч. 3 УК РСФСР (особо злостное хулиганство) к 4 годам лишения свободы, в июне 2000 г. досрочно освобожден от дальнейшего отбывания наказания в соответствии
с постановлением Госдумы об амнистии. В последующем им совершено убийство, за которое он осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы. При этом суд не учел, что предыдущая судимость не погашена, так как согласно п. “г“ ч. 3 ст. 86 УК РФ, судимость в отношении лица, осужденного к лишению свободы за тяжкое преступление, погашается по истечении 6 лет после отбытия наказания. В данном случае срок погашения судимости должен исчисляться с момента досрочного освобождения от отбывания наказания.

Поскольку К. ранее судим за умышленное тяжкое преступление, и вновь совершил особо тяжкое преступление, имеет место особо опасный рецидив преступлений, и наказание должно назначаться по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, т.е. не ниже 3/4 максимального срока наказания, предусмотренного за данное преступление, однако судом это правило нарушено, соответственно, неправильно определен и вид исправительного учреждения, в связи с чем президиум отменил приговор.

(пост. 03.08.01) - обз. за 3 кв. 2001

При исчислении сроков погашения судимости за преступления, предусмотренные УК РСФСР, следует руководствоваться законом, улучшающим положение подсудимого.

Б. признан виновным в том, что, будучи ранее два раза судимым за хищение чужого имущества - 16.06.93 г. по ст. 144 ч. 2 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, освобожден 17.12.96 г. по отбытии наказания, 06.06.97 г. по ст. 158 ч. 2 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожден 04.04.2000 условно-досрочно, 7 сентября 2001 г. вновь совершил кражу, за которую осужден по п. “в“ ч. 3 ст. 158 УК РФ. В кассационном порядке приговор не обжаловался. По протесту председателя областного суда президиум изменил
приговор и переквалифицировал действия Б. на ч. 2 ст. 158 УК РФ, поскольку первая судимость на момент совершения преступления была погашена.

По УК РСФСР (в редакции, действовавшей до 1 июля 1994 г.), кража личного имущества не относилась к категории тяжких преступлений. При исчислении срока погашения судимости по приговору от 16.06.93 г. следует руководствоваться не п. 6 ч. 1 ст. 57 УК РСФСР, а ст. 10 и п. “в“ ч. 3 ст. 86 УК РФ как законом, улучшающим положение подсудимого. Согласно упомянутому закону, данная судимость погашена по истечении 3 лет после отбытия Б. наказания, т.е. на момент совершения Б. последнего преступления она была погашена и не могла учитываться при его квалификации.

(обз. за 1 кв. 2002)

Суд не может с обвинения в совершении преступления при неосторожной форме вины перейти на обвинение в совершении умышленного преступления и в случае, если будет установлено в судебном заседании, что преступлением причинен менее тяжкий вред.

С. осужден по ст. 115 ч. 1, ст. 105 ч. 1 УК РФ и другим статьям УК РФ. Судебная коллегия исключила из приговора осуждение С. по ст. 115 ч. 1 УК РФ в связи с тем, что ему по данному эпизоду обвинение было предъявлено по ст. 118 ч. 3 УК РФ - причинение по неосторожности вреда здоровью средней тяжести. Федеральным законом от 8 декабря 2003 года данное деяние декриминализировано.

Уголовная ответственность за причинение легкого вреда здоровью по неосторожности не предусмотрена. Суд с обвинения в совершения преступления при неосторожной форме вины не может перейти на обвинение в совершении преступления умышленно, так как при этом ухудшается положение подсудимого.

(обз. за 2 кв. 2004)

Единое продолжаемое преступление суд ошибочно квалифицировал как два самостоятельных преступления.

К. и М. осуждены за совершение 2 эпизодов вымогательства денег в сумме 8000 рублей у потерпевшего М. Их действия по каждому эпизоду квалифицированы по ст. 163 ч. 2 п. п. “а, в“ УК РФ.

Судебная коллегия изменила приговор в отношении обоих осужденных, придя к следующему выводу. Из материалов дела видно, что осужденные К. и М. совершили единое продолжаемое преступление с единым умыслом, направленным на получение конкретной суммы денег от одного и того же лица, под одним и тем же предлогом, о чем суд указал и в описательно-мотивировочной части приговора.

Из приговора также исключено указание о том, что осужденный К. являлся организатором содеянного, поскольку данное обстоятельство в вину ему не вменялось.

(обз. за 2 кв. 2004)

Рецидив преступлений

В соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные в несовершеннолетнем возрасте, не образуют рецидив преступлений.

Приговором районного суда признан отягчающим наказание Э. и О. обстоятельством рецидив преступлений. По мнению суда, рецидив преступлений образовали прежние судимости Э. и О. в несовершеннолетнем возрасте. При этом суд не учел положение п. “б“ ч. 4 ст. 18 УК РФ о том, что судимости в несовершеннолетнем возрасте не образуют рецидив преступлений.

Судебная коллегия по этой причине данное отягчающее наказание обстоятельство исключила из приговора и обоим осужденным снизила наказание.

(обз. за 2 кв. 2004)

Согласно ст. 18 ч. 4 п. “в“ УК РФ судимость за преступление, осуждение за которое признано условным и условное осуждение не отменялось, лицо не направлялось в места лишения свободы до вынесения нового приговора, не учитывается при признании рецидива преступлений.

Судебная коллегия по этому основанию изменила приговор районного суда в отношении осужденного за кражу В., исключила указание о совершении преступления при рецидиве преступлений и снизила наказание.

Ранее В. судим по ст. 161 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. Вновь совершил преступление в период испытательного срока.

(обз. за 2 кв. 2004)

Необходимая оборона

Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

С. и В. подозревали Одинцова в поджоге бани С. Увидев проезжавшего мимо их дома на своей автомашине Одинцова, они стали преследовать его на автомашине В. до тех пор, пока Одинцов, спасаясь от преследования, не заехал в тупик на окраине леса. Там Одинцов вышел из машины с ружьем, и, направив его в сторону С. и В., высказал угрозу убийством: “Всех перестреляю“, которую потерпевшие восприняли реально.

Мировым судьей О. осужден по ст. 119 УК РФ. Апелляционная жалоба осужденного оставлена районным судом без удовлетворения. Судебная коллегия, рассмотрев кассационную жалобу О., отменила приговор мирового судьи и постановление суда апелляционной инстанции, и дело в отношении О. прекратила за отсутствием состава преступления, указав следующее.

Согласно материалам дела, потерпевшие действовали самоуправно, пытаясь задержать О., конкретными данными о его причастности к поджогу бани они не располагали. При таких обстоятельствах следует признать, что действия осужденного были спровоцированы потерпевшими, и О., демонстрируя имеющееся на законных основаниях оружие, лишь пресекал самоуправные действия потерпевших, поскольку обстановка происшествия давала ему основания полагать, что на него совершается общественно опасное посягательство, то есть действовал в состоянии необходимой обороны в соответствии со ст. 37 УК РФ, не превысив ее пределы.

(опр. 9.11.04) - обз. за 4 кв. 2004

Вопросы применения Особенной части УК РФ

Преступления против личности

Действия осужденного по ст. 105 ч. 1 УК РФ, совершенные в отношении одного и того же лица, в течение непродолжительного периода времени, с единым умыслом, по единому мотиву, не требуют дополнительной квалификации по ст. 112 УК РФ.

Б. осужден по ст. 105 ч. 1 и ст. 112 ч. 2 п. “г“ УК РФ, а К. тем же приговором осужден по ст. 112 ч. 2 п. “г“ УК РФ.

Они признаны виновными в том, что в ходе ссоры умышленно нанесли множественные удары руками и ногами К., причинив вред здоровью средней тяжести. После этого перевезли потерпевшего к лесу, где Б. с целью убийства нанес К. два удара ножом в шею, от которых наступила смерть потерпевшего.

Судебная коллегия исключила из приговора осуждение Б. по ст. 112 ч. 2 п. “г“ УК РФ по той причине, что преступные действия в отношении потерпевшего не прекращались. Сразу же после избиения К. перевезли к лесу, где он и был убит.

(обз. за 2 кв. 2004)

Вывод суда о причинении тяжкого вреда здоровью из хулиганских побуждений не основан на материалах дела.

Т. осужден по п. “д“ ч. 2 ст. 111 УК РФ. Преступление им совершено при следующих обстоятельствах. С. и Л. с целью выяснения отношений пришли в квартиру Т., при этом С. зашел в комнату, где спал Т., и стал его избивать, а Л. оставался на кухне, где в это время находились мать и младший брат осужденного. Затем С. позвал Л., и они стали уходить. Т. схватил нож, догнал их и ударил ножом находящегося ближе к нему Л., причинив тяжкий вред здоровью. Поскольку Л. не избивал Т., суд признал его действия в отношении Л. совершенными беспричинно, из хулиганских побуждений.

Однако данный вывод суда не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Мотивом поведения Т. была месть за неправомерное вторжение в его квартиру и избиение, у него имелись основания считать С. и Л. одной группой, а также считать, что во время его избиения С., Л. мог совершить неправомерные действия в отношении его близких. Поэтому судебная коллегия переквалифицировала действия Т. на часть 1 ст. 111 УК РФ.

(опр. 30.08.01) - обз. за 3 кв. 2001

Если незаконное лишение свободы потерпевших является составной частью объективной стороны более тяжкого преступления - грабежа или разбоя, то оно не требует дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ.

К., Б., Э. и К. признаны судом виновными в разбойных нападениях и грабежах, в процессе которых они связывали потерпевших и запирали их в подвалы с целью предотвращения с их стороны своевременного обращения в правоохранительные органы. Эти действия квалифицированы по ст. 127 УК РФ. Судом кассационной инстанции приговор в части осуждения по ст. 127 УК РФ отменен и дело прекращено за отсутствием состава преступления, поскольку умысел виновных был направлен на незаконное завладение имуществом потерпевших, а не на незаконное лишение их свободы. Связывание и запирание потерпевших в данном случае являлось насилием как составной частью преступного завладения чужим имуществом, и дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ не требовало.

(опр. 09.03.04) - обз. за 1 кв. 2004

Преступления в сфере экономики

Хищение считается оконченным только в том случае, когда виновный имел реальную возможность распорядиться похищенным.

К. проник на территорию училища и из гаража тайно изъял топливный насос, с которым перелез через забор, однако был замечен сотрудником милиции, который потребовал от него остановиться. После того, как К. побежал по дороге, сотрудник милиции на автомашине догнал его, и вместе с похищенным насосом доставил в РОВД. Органы следствия и суд квалифицировали действия К. по п.п. “б, в“ ч. 2 ст. 158 УК РФ как оконченное преступление. Судебная коллегия по протесту прокурора района изменила квалификацию на ст. 30 ч. 3 и 158 ч. 2 п.п. “б, в“ УК РФ, указав, что поскольку виновный был задержан непосредственно после совершения преступления и не имел реальной возможности распорядиться похищенным насосом, его действия следует расценивать как покушение на кражу, а не оконченное преступление.

(опр. 06.11.01) - обз. за 4 кв. 2001

Действия виновного в хищении чужого имущества могут квалифицироваться, как оконченное преступление лишь тогда, когда виновный имел реальную возможность распорядиться изъятым имуществом по своему усмотрению.

И. с целью хищения чужого имущества проник в квартиру В., изъял из квартиры принадлежащий В. телевизор и поставил его на площадку между этажами, чтобы затем вынести телевизор из подъезда дома. По его показаниям, в дальнейшем он не обнаружил телевизор на площадке, откуда его могли похитить другие лица. Судом он признан виновным в совершении оконченного преступления, предусмотренного п. “в“ ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Однако судебная коллегия приговор изменила и квалифицировала действия И. с применением ч. 3 ст. 30 УК РФ как покушение на кражу, так как исходя из установленных судом доказательств, И. не смог реально распорядиться изъятым телевизором по независящим от него обстоятельствам, ввиду того, что телевизор похитили с площадки другие лица. Действия виновного в хищении чужого имущества могут квалифицироваться как оконченное преступление лишь тогда, когда он имел реальную возможность распорядиться изъятым имуществом по своему усмотрению.

(опр. 17.09.02) - обз. за 3 кв. 2002

Кража может квалифицироваться как совершенная с проникновением в иное хранилище, если такое хранилище представляет собой обособленную и охраняемую территорию, предназначенную для хранения материальных ценностей.

Ш., ранее дважды судимый за хищения, похитил с территории мастерской совхоза статор от электродвигателя. Он осужден по п. “в“ ч. 3 ст. 158 УК РФ, одним из квалифицирующих признаков суд указал в приговоре совершение кражи с незаконным проникновением в иное хранилище. Президиум, рассматривая дело по протесту председателя областного суда, согласился с доводами протеста о том, что данный признак вменен осужденному необоснованно.

По смыслу закона, иным хранилищем может признаваться отведенный для постоянного или временного хранения материальных ценностей участок территории, который оборудован оградой либо техническими средствами или обеспечен иной охраной. Как видно из материалов дела, в момент хищения электродвигатель лежал на земле рядом с входом в мастерскую. Территория мастерской не охранялась, была огорожена поломанным забором. Следователь в представлении директору совхоза, приобщенном к делу, также указал, что “электродвигатель лежал на земле, без присмотра и охраны, на склад убран не был“. В связи с изложенным президиум исключил из приговора квалифицирующий признак проникновения в иное хранилище, и с учетом иных обстоятельств дела снизил Ш. срок наказания.

(пост. 14.12.01) - обз. за 4 кв. 2001

Квалифицирующий признак кражи, предусмотренный пунктом “в“ части второй статьи 158 УК РФ, может быть инкриминирован виновному лишь в случае, когда в результате совершенного преступления потерпевшему был реально причинен значительный для него материальный ущерб. (Судам необходимо обратить внимание на то, что Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. из пункта “д“ части 2 статьи 161 УК РФ аналогичный квалифицирующий признак исключен, а вместо него предусмотрен признак “в крупном размере“).

Т. совместно с другими осужденными группой лиц по предварительному сговору похитили у К. имущество на сумму 3100 руб., но были задержаны сотрудниками милиции в непосредственной близости от места происшествия. Суд квалифицировал действия Т. и его соучастников как покушение на хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба потерпевшему.

Судебная коллегия в своем определении указала, что по смыслу закона квалифицирующий признак хищения “с причинением значительного ущерба гражданину“ имеет место лишь в случае реального причинения ущерба потерпевшему. Похищенным имуществом виновные распорядиться не смогли, оно изъято у Т. и его соучастников на месте их задержания и возвращено собственнику, реальный ущерб потерпевшему не причинен. В этой связи действия виновных не могут быть квалифицированы как совершенные с причинением значительного ущерба потерпевшему (гражданину).

(опр. 15.01.04) - обз. за 1 кв. 2004

Хищение чужого имущества в присутствии граждан, с которыми виновные лица находятся в близких отношениях и не предполагают возможность противодействия с их стороны, необоснованно признано судом открытым.

С. и К., находясь в квартире С-а, после того, как хозяин вышел из квартиры, похитили у него пылесос. Хищение совершено ими в присутствии сожительницы и сестры С., вместе с которыми С. и К. в течение дня распивали спиртные напитки и намеревались найти еще средства для приобретения спиртного. Суд признал, что действия осужденных носили открытый характер, так как совершались в присутствии других лиц, и расценил их как грабеж. Судебная коллегия признала такую квалификацию ошибочной.

Исходя из обстоятельств данного дела, сожительницу и сестру С. нельзя относить к числу посторонних лиц, поскольку осужденные не предполагали возможности противодействия с их стороны, и рассчитывали на сохранение ими тайны хищения. В связи с этим действия осужденных носили характер тайного, а не открытого хищения, и подлежат переквалификации на ст. 158 УК РФ.

(опр. 14.03.02) - обз. за 1 кв. 2002

Грабеж является оконченным преступлением с момента, когда у лица, его совершившего, появилась реальная возможность пользоваться или распоряжаться похищенным имуществом.

Судебная коллегия изменила приговор районного суда в отношении Б., переквалифицировав его действия со ст. 161 ч. 1 на ст. ст. 30 ч. 3, ст. 161 ч. 1 УК РФ. Б. был замечен потерпевшей в момент совершения преступления, его преследовал Шляков, не выпуская из виду, пока Б. не был задержан. При таких данных Б. не имел возможности распорядиться похищенным с чердака бельем.

(обз. за 2 кв. 2004)

Если виновные лица, угрожая насилием или применяя насилие, требуют от потерпевшего передать им имущество немедленно, а не в будущем, их действия следует квалифицировать как хищение путем грабежа или разбоя, а не как вымогательство.

П., К., Ч., вооруженные обрезом охотничьего ружья и палками, пришли к Т. и, угрожая избиением, стали требовать денег, а когда Т. отказался передать им деньги, начали избивать его палками и угрожать применением обреза, продолжая требовать передачи им денег. Т., обороняясь, убежал из квартиры. Судом указанные лица признаны виновными в совершении вымогательства и осуждены: П. и Ч. по п.п. “а, б, в“ ч. 2 ст. 163 УК РФ, К. по п. “г“ ч. 3 ст. 163 УК РФ.

Судебная коллегия по жалобам осужденных и их защитников изменила приговор и квалифицировала действия П., К. и Ч. как покушение на грабеж, соединенный с насилием, не опасным для жизни или здоровья, и угрозой применения такого насилия, поскольку они предъявляли потерпевшему требования, угрожали насилием и применяли насилие, в целях передачи им денег немедленно, а не в будущем, однако не смогли завладеть требуемым имуществом по независящим от них обстоятельствам.

(опр. 31.10.02) - обз. за 4 кв. 2002

Вымогательство содержит требование передачи чужого имущества или права на чужое имущество под угрозой применения или уничтожения или повреждения чужого имущества.

Приговором районного суда С. осужден по ст. 163 ч. 2 п.п. “а, в“ УК РФ. Он признан виновным в том, что по предварительному сговору с не установленным лицом, с применением насилия к К. и Н., требовал передать право собственности на квартиру, в которой потерпевшие проживали.

Судебная коллегия переквалифицировала действия С. со ст. 163 ч. 2 п.п. “а, в“ УК РФ на ст. 112 ч. 1 и ст. 115 ч. 1 УК РФ по той причине, что квартира, в которой проживали потерпевшие, является муниципальной собственностью, и поэтому они не могли передать С. право собственности на нее. Вымогательство же является корыстным преступлением против собственности.

(обз. за 2 кв. 2004)

При“ечание составителя: Если виновные полагали, что квартира принадлежит потерпевшим на праве собственности, то суд мог обсудить вопрос о возможности квалификации их действий по умыслу как покушение на вымогательство чужого имущества.

При квалификации деяния как разбоя органы следствия и суд обязаны указать, какое насилие было применено к потерпевшему, и в чем выражалась опасность такового для жизни или здоровья потерпевшего.

Ш., С. и М. по предварительному сговору между собой проникли в квартиру Л., где, демонстрируя потерпевшей пистолет, являвшийся на самом деле зажигалкой, под угрозой причинения вреда, опасного для ее жизни и здоровья, с применением предмета (пистолета-зажигалки), используемого в качестве оружия, открыто похитили имущество Л. на сумму 173 тыс. рублей, причинив ей значительный ущерб. По данному эпизоду они осуждены по п.п. “а, б, в, г“ ч. 2 ст. 162 УК РФ. Рассматривая дело по кассационным жалобам осужденных и кассационному протесту прокурора, не согласившихся с квалификацией действий осужденных по статье о разбое, поскольку отсутствует применение предмета, используемого в качестве оружия, судебная коллегия признала доводы в этой части обоснованными.

В нарушение требований ст. 144 и 314 УПК РСФСР (сейчас ст. 171 и 307 УПК РФ), органы следствия при предъявлении обвинения, и суд в приговоре, признавая в действиях виновных разбой, не указали, какое насилие было применено к потерпевшей, и в чем выражалась опасность такового для ее жизни или здоровья. Кроме того, суд необоснованно признал пистолет-зажигалку предметом, используемым в качестве оружия, так как каких-либо угроз применения зажигалки в качестве оружия со стороны осужденных не установлено. В связи с изложенным коллегия переквалифицировала содеянное на п.п. “а, б, в, д“ ч. 2 ст. 161 УК РФ.

(опр. 13.12.01) - обз. за 4 кв. 2001

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, при разбойном нападении понимаются умышленные действия, повлекшие причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

В судебном заседании установлено, что Б. с целью открытого завладения чужим имуществом толкнул потерпевшую, отчего она упала на колени, а К. вырвал у нее из рук сумку. По заключению судебно-медицинской экспертизы, у потерпевшей вследствие нападения образовалось повреждение связок плечевого сустава, повлекшее легкий вред ее здоровью. Б. осужден по п. “б“ ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Судебная коллегия по кассационному представлению государственного обвинителя и кассационной жалобе осужденного приговор изменила, переквалифицировала действия Бугрова на п.п. “б, г“ ч. 2 ст. 161 УК РФ, указав следующее. Поскольку обвинение не представило доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что Б. толкнул потерпевшую с целью, чтобы она получила телесные повреждения, в частности, повреждение связок плечевого сустава, есть основания полагать, что хотя Бугров толкнул потерпевшую умышленно, однако, его вина по отношению к полученным ею повреждениям является неосторожной. Обязательным же признаком разбоя являются умышленное причинение здоровью потерпевшего легкого или иного, более серьезного вреда.

(опр. 24.04.03) - обз. за 2 кв. 2003

Для правовой оценки деяния как приобретения имущества, заведомо добытого преступным путем, не имеет значение то, что лицо, добывшее имущество преступным путем, не достигло возраста уголовной ответственности.

Н. привлечен в качестве обвиняемого за то, что, зная о совершении лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности, кражи велосипеда, приобрел у этого лица велосипед, заведомо добытый преступным путем. Судом он оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 175 УК РФ, по тому мотиву, что имущество, похищенное лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности, не является добытым преступным путем. С выводами суда первой инстанции согласилась и судебная коллегия.

По протесту прокурора области президиум отменил приговор суда и определение коллегии, направив дело на новое рассмотрение по следующим основаниям. Само по себе освобождение лица от уголовной ответственности за совершение кражи в связи с недостижением возраста не исключает признание способа завладения им чужого имущества преступным, и если приобретатель осознает преступность способа добычи имущества, он совершает преступление, предусмотренное ст. 175 УК РФ. Поэтому оправдание Н. нельзя признать законным.

(пост. 02.11.01) - обз. за 4 кв. 2001

Хулиганство

Под применением оружия при хулиганстве следует понимать его фактическое использование для причинения вреда здоровью потерпевшего.

Ф. признан судом виновным в хулиганстве с применением оружия. Как указано в приговоре, он, находясь на улице поселка в нетрезвом состоянии, с ружьем, беспричинно, из хулиганских побуждений произвел выстрелы в сторону дорожного знака и расположенной рядом пекарни, причинив ущерб зданию пекарни и напугав произведенными выстрелами вышедших из пекарни людей.

Судебная коллегия исключила из приговора признак применения оружия как ошибочно вмененный осужденному. По смыслу уголовного закона, под применением оружия при хулиганстве следует понимать его фактическое использование для причинения вреда здоровью потерпевшего, то есть когда виновный своими хулиганскими действиями причинил вред жизни или здоровью потерпевшего либо создавал реальную угрозу причинения такого вреда. Действия же Ф. такую угрозу для людей не создавали.

(опр. 25.03.03) - обз. за 1 кв. 2003

Уголовно-наказуемым хулиганством может признаваться такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое сопровождалось применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Согласно приговору суда, К., похитив карабин, “пришел с ним сначала в дом к С., где высказывал претензии к С. и ее отсутствующему сыну, затем прошел к дому, в котором проживал Л., стал кричать, чтобы Л. выходил из дома, а когда последний вышел, выстрелил ни в кого не целясь из карабина“. Его действия в этой части квалифицированы судом по ч. 3 ст. 213 УК РФ. Президиум областного суда удовлетворил надзорную жалобу К., отменил приговор в части осуждения его за хулиганство и прекратил дело по этим эпизодам за отсутствием состава преступления.

Как указано в постановлении президиума, суд принял за основу показания С. о том, что К. не наставлял на нее ружье, всерьез высказываемые К. угрозы убийством в ее адрес и в отношении ее сына она не воспринимала, а просто ушла из дома вместе с внуком вслед за подсудимым “от греха подальше“. Тем самым фактически суд не установил в действиях К. в отношении С. угрозы применения насилия, при которой имелись основания опасаться ее осуществления, либо иных признаков уголовно-наказуемого хулиганства. Само по себе высказывание претензий другим лицам не может рассматриваться в качестве преступления.

Обосновывая квалификацию действий К. по ч. 3 ст. 213 УК РФ, суд сослался на показания Л. о том, что точно слова подсудимого он не расслышал, подсудимый сказал “что-то вроде сейчас я тебя убью“, и одновременно с этими словами выстрелил, при этом карабин держал дулом вверх. По мнению суда, данные слова подсудимого нельзя расценивать как угрозу применением насилия. В то же время, суд не установил в действиях К. других обязательных признаков уголовно-наказуемого хулиганства - применения насилия к гражданам, уничтожения или повреждения чужого имущества. При таких обстоятельствах суд не вправе был квалифицировать указанные действия К.

(пост. 14.03.03) - обз. за 1 кв. 2003

Придя к выводу о необходимости изменения квалификации совершенного подсудимым преступления на статьи уголовного закона, относящиеся к делам частного обвинения, суд первой или кассационной инстанции должен выяснить, имеется ли в материалах дела письменное или устное заявление потерпевшего о привлечении подсудимого к уголовной ответственности за данные действия.

П. и К. осуждены по ч. 2 ст. 213 УК РФ за нанесение легкого вреда здоровью и побоев Н-у и Н-ой. В материалах дела имелось письменное заявление Н-а о привлечении к уголовной ответственности лиц, причинивших ему телесные повреждения, которое он подтвердил в судебном заседании. Кроме того, потерпевшая Н-а наставила на привлечении к уголовной ответственности П. При таких обстоятельствах, придя к выводу о необходимости изменения квалификации совершенных подсудимыми преступлений на статьи УК РФ, относящиеся к делам частного обвинения, судебная коллегия переквалифицировала действия П. с ч. 2 ст. 213 УК РФ на ч. 2 ст. 116 УК РФ (в ред. от 08.12.03) по действиям в отношении Н-а, и на ч. 2 ст. 115 УК РФ (в ред. от 08.12.03) по действиям в отношении Н-ой, а действия К. в отношении обоих потерпевших на ч. 2 ст. 116 УК РФ (в ред. от 08.12.03).

Однако, поскольку в деле отсутствует письменное или устное заявление Н-ой о привлечения К. к уголовной ответственности, уголовное преследование в отношении К. в части причинения им побоев Н-ой прекращено за отсутствием заявления потерпевшей. Наказание П. назначено в соответствии со ст. 115 ч. 2, 116 ч. 2 УК РФ, К. - в соответствии с ч. 2 ст. 116 УК РФ за нанесение побоев потерпевшему Н-у.

(опр. 27.01.04) - обз. за 1 кв. 2004

Иные преступления

При осуждении по ст. 260 УК РФ лиц, непосредственно производивших порубку леса, должно быть доказано, что они заведомо знали о незаконности такой порубки.

Ч., П. и С., получив устное указание председателя сельхозкооператива (СПК) К. о рубке леса для нужд СПК, и будучи обеспеченными кооперативом бензопилой и трактором, осуществили порубку леса и заготовку древесины. Осуждая их по п. “в“ ч. 2 ст. 260 УК РФ, суд не проверил в полном объеме и не опроверг доводы Ч., П. и С. о том, что они не знали об отсутствии у СПК лесорубочного билета, и, соответственно, о незаконности своих действий, поскольку лесопользователем является СПК, они как исполнители лишь выполняли указание полномочного лица - председателя СПК, в обязанности которого и входит оформление лесорубочного билета, считали, что делянка принадлежит СПК, так как ранее уже рубили в этой делянке лес для нужд кооператива. Выяснение перечисленных обстоятельств имеет существенное значение для правильного разрешения дела: при осуждении по ст. 260 УК РФ лиц, непосредственно производивших порубку леса, должно быть доказано, что они заведомо знали о незаконности такой порубки. Допущенные судом нарушения явились одним из оснований к отмене приговора.

(опр. 18.06.02) - обз. за 2 кв. 2002

Ответственность за преступления, предусмотренные главой 30 УК РФ, несут только служащие государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений.

Ц. признана виновной по ст. 160 ч. 2 п. “в“, 292 УК РФ (ред. 1996 г.), а именно в том, что, являясь начальником муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства, то есть должностным лицом, используя свое служебное положение из корыстных побуждений и иной личной заинтересованности с целью получения заработной платы присвоила и растратила вверенное ей имущество на сумму 9309 руб., принадлежащее МУП ЖКХ, путем составления фиктивных нарядов на имя других лиц, содержащих заведомо ложные сведения о выполнении в домах, квартирах и других обслуживаемых предприятием объектах различных работ, которые фактически не выполнялись или выполнялись за счет самих жильцов, с последующим начислением заработной платы, присвоением и растратой полученных в виде заработной платы денег.

Она же присвоила вверенные ей полученные под отчет денежные средства МУП ЖКХ в сумме 19097 руб., отчитываясь авансовыми отчетами с приложением к ним актов закупки, содержащих заведомо ложные сведения о приобретении у частных лиц товароматериальных ценностей.

В кассационном порядке приговор суда в части осуждения Ц. по ст. 292 УК РФ отменен, а уголовное преследование по этому эпизоду прекращено, за отсутствием состава преступления, ввиду следующих обстоятельств.

В соответствии с Примечанием к ст. 285 УК РФ, должностными лицами в статьях Главы 30 Кодекса признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. Государственные служащие и служащие органов местного самоуправления, не относящиеся к числу должностных лиц, несут уголовную ответственность по статьям настоящей Главы в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями.

Однако, как следует из материалов дела, Ц. являлась начальником муниципального унитарного предприятия, относящегося согласно ч. 2 ст. 50 Гражданского кодекса РФ к коммерческим организациям, должности в органах местного самоуправления и муниципальных учреждениях не занимала, а, следовательно, не может быть признана субъектом должностного преступления.

Кроме того, в нарушение требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, суд не привел в приговоре описание преступного деяния, квалифицированного по ст. 292 УК РФ, не указал место, время, способ его совершения Ц., форму вины, мотивы, цели и последствия преступления, и в том числе не указал, какие именно официальные документы подделывала подсудимая, по каким признакам эти документы отнесены к официальным, что исключает возможность обсуждения вопроса о наличии оснований для переквалификации этих действий на ст. 327 УК РФ.

(опр. 05.08.04) - обз. 3 кв. 2004

Ответственность за хищение водительских документов предусмотрена частью 2, а не частью 1 статьи 325 УК РФ.

Л. и В. осуждены по ч. 1 ст. 325 УК РФ за похищение официальных документов: в ходе неправомерного завладения автомашиной Ч. они похитили у него водительское удостоверение, медицинскую справку, доверенность на право управления транспортным средством, талон техосмотра автомашины. Президиум областного суда изменил приговор и переквалифицировал действия виновных на часть 2 указанной статьи, по следующим основаниям.

Частью 1 ст. 325 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, штампов или печатей, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности. Понятие официального документа содержится, в частности, в Законе РФ “Об обязательном экземпляре документов“. Ответственность же за похищение у гражданина паспорта и других важных личных документов, в том числе водительских документов, законодателем выделена в ч. 2 ст. 325 УК РФ и с диспозицией ч. 1 ст. 325 УК РФ не связана.

(пост. 17.09.02) - обз. за 4 кв. 2002

НАЗНАЧЕНИЕ НАКАЗАНИЯ

Назначая наказание в виде штрафа в размере заработной платы или иного дохода осужденного за определенный период, суд должен указать в приговоре конкретную сумму штрафа.

Районный суд признал У. виновным в совершении преступления и назначил ему наказание в виде “штрафа в размере заработной платы или иного дохода за один месяц“. Судебная коллегия отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение в связи с неправильным применением судом уголовного закона при назначении наказания: согласно ст. 46 УК РФ, определяя осужденному наказание в виде штрафа в размере заработной платы или иного дохода осужденного за определенный период, суд должен располагать справкой о заработной плате осужденного либо данными об ином его доходе на момент постановления приговора, и указать в приговоре конкретную сумму штрафа. Суд же фактически не назначил осужденному уголовное наказание.

(опр. 16.01.03) - обз. за 1 кв. 2003

Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, должно учитываться судом при назначении наказания.

М. умышленно нанес ножевое ранение своему брату, отчего наступила смерть потерпевшего, кроме того, он признан виновным в незаконном приобретении и ношении холодного оружия, и осужден судом по ч. 4 ст. 222 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы и по совокупности преступлений путем полного сложения наказаний к 6 годам 6 месяцам лишения свободы. В деле имеется заключение комплексной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которому М. в отношении инкриминируемого ему деяния следует считать вменяемым, в состоянии физиологического аффекта он в момент деяния не находился, однако не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

При таких обстоятельствах суд на основании ст. 22 УК РФ должен был учесть ограниченную вменяемость М. при назначении наказания и отразить это в приговоре, что в данном случае сделано не было. Судебная коллегия приговор изменила, назначила по ч. 1 ст. 105 УК РФ наказание с применением ст. 64 УК РФ (принимая во внимание наличие исключительных смягчающих обстоятельств) 5 лет лишения свободы, а по совокупности преступлений - 5 лет 6 месяцев лишения свободы.

(опр. 01.08.02)

По аналогичной причине президиум областного суда в порядке надзора изменил приговор по делу Л., осужденного по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы без учета требований ч. 2 ст. 22 УК РФ.

(пост. 23.08.02) - обз. за 3 кв. 2002

Назначая наказание в соответствии со ст. 64 УК РФ ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК, суд не вправе определять наказание менее минимального размера, установленного главой 9 Общей части УК РФ для данного вида наказания.

С. осужден по части 3 ст. 30 и п. “а“ ч. 2 ст. 158, ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 20 МРОТ. Приговор судебной коллегией отменен ввиду неправильного применения уголовного закона. Согласно ст. 46 главы 9 Общей части УК, штраф как вид уголовного наказания устанавливается в размере от 25 до 1 тыс. МРОТ. Таким образом, при назначении штрафа в качестве наказания за конкретное преступление его размер не может быть менее 25 МРОТ.

(опр. 26.02.02) - обз. за 1 кв. 2002

Если после осуждения лица выяснится, что он виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора по первому делу, суд назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 69 УК РФ. При этом, если хотя бы одно из совершенных преступлений является тяжким, окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний.

Б. был судим по ч. 2 ст. 158 УК РФ к 4 годам лишения свободы. В дальнейшем установлено, что до вынесения приговора по этому делу он совершил еще одну кражу, за которую осужден по части 2 ст. 158 УК РФ и с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ вновь к 4 годам лишения свободы. Президиум отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение, поскольку суд в нарушение требований частей 5 и 3 ст. 69 УК РФ определил окончательное наказание, равное наказанию по предыдущему приговору, то есть фактически применил поглощение, а не сложение наказаний.

(пост. 24.08.01) - обз. за 3 кв. 2001

Если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что он еще виновен и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, правила ст. 69 УК применены быть не могут, поскольку в статье 74 УК дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения.

Г. был судим к условной мере наказания. После этого он осуждается за кражу, совершенную до вынесения приговора по первому делу. Суд назначил ему по ч. 2 ст. 158 УК наказание в виде 2 лет лишения свободы, на основании ст. 69 ч. 5 УК РФ частично присоединил наказание по предыдущему приговору и окончательно определил 3 года 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. При этом судом не учтены разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.99 “О практике назначения судами уголовного наказания“ (п. 29) о том, что если в отношении условно осужденного лица будет установлено, что оно виновно еще и в другом преступлении, совершенном до вынесения приговора по первому делу, правила ст. 69 применены быть не могут, поскольку в ст. 74 дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения. В таких случаях приговоры по первому и второму делу исполняются самостоятельно.

Судебная коллегия изменила приговор, исключив из него ссылку на ч. 5 ст. 69 УК и постановила считать Г. осужденным по ч. 2 ст. 158 УК к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, а предыдущий приговор исполнять самостоятельно.

(опр. 14.08.01) - обз. за 3 кв. 2001

При назначении наказания суд должен в полной мере учитывать конкретные обстоятельства дела и последствия преступления, а также мотивировать в приговоре применение условного осуждения.

О. признан виновным по ч. 3 ст. 264 УК РФ в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть двоих человек - супругов Н., ему назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года и лишением водительских прав на 3 года. По кассационному протесту прокурора и кассационной жалобе потерпевшего приговор отменен за чрезмерной мягкостью наказания. Суд не учел в полной мере конкретные обстоятельства дела: О. управлял большегрузным автомобилем - лесовозом в нетрезвом состоянии, использовал автомашину не по назначению, допустил грубую небрежность, отвлекся от контроля за дорогой и, выехав на полосу встречного движения, буквально раздавил ехавших навстречу на мотоцикле Н. В результате преступления остались сиротами двое несовершеннолетних детей. Недостаточно мотивировано в приговоре и применение ст. 73 УК РФ.

(опр. 25.12.01) - обз. за 4 кв. 2001

При назначении наказания по ст. 264 УК РФ следует учитывать не только последствия преступления, но и данные о личности водителя, его поведении после совершения преступления.

С., управляя транспортным средством в состоянии опьянения, нарушил Правила дорожного движения, вследствие чего погибли 2 человека. Он осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 5 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года и лишением водительских прав на 3 года. В кассационных жалобах представителей потерпевших и протесте государственного обвинителя выражено несогласие с условным осуждением как чрезмерно мягким наказанием, не учитывающим последствия преступления и последующее поведение водителя. С. самовольно оставил место происшествия, не принял мер к оказанию помощи пострадавшим, свою вину фактически не признал, загладить причиненный ущерб не пытался. Коллегия признала эти доводы обоснованными и направила дело на новое рассмотрение.

(опр. 05.03.02) - обз. за 1 кв. 2002

В случае совершения условно осужденным нескольких преступлений, суд должен сначала назначить наказание за каждое преступление, затем по совокупности преступлений, и только после этого по правилам ст. 70 УК РФ.

Б., будучи ранее судимым по ст. 116 УК РФ к условной мере наказания, в период испытательного срока совершил преступления, предусмотренные ст. 117 ч. 2 п. “е“ и 224 ч. 4 УК РФ. Суд в приговоре определил наказание по ст. 117 ч. 2 УК РФ, затем отменил условное осуждение и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию полностью присоединил наказание по предыдущему приговору. Затем определил наказание по ст. 224 ч. 4 УК, после чего назначил окончательное наказание с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений. Коллегия отменила приговор за нарушением уголовного закона при назначении наказания.

Согласно ч. 1 ст. 69 УК при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое совершенное преступление; согласно ч. 3 ст. 69 УК, окончательное наказание должно определяться в данном случае путем полного или частичного сложения наказаний. В соответствии с ч. 1 ст. 70 УК РФ, при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда. Таким образом, суд должен был сначала назначить наказание за каждое преступление, затем по совокупности преступлений, и только после этого отменить условное осуждение и определить окончательное наказание по правилам ст. 70 УК РФ.

(опр. 13.11.01) - обз. за 4 кв. 2001

Если лицо осуждается за преступление, совершенное до вынесения первого приговора, которым ему было назначено реальное наказание, то самостоятельное исполнение наказаний по первому и второму приговорам недопустимо.

К. был судим по п. “в“ ч. 2 ст. 260 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием из заработка 10% в доход государства. Впоследствии выяснилось, что он еще виновен в краже, которую совершил до вынесения данного приговора. Суд назначил ему по п.п. “а, в“ ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. ст. 64 и 73 УК РФ наказание в виде 1 года лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год, а первый приговор суд постановил исполнять самостоятельно.

Судебная коллегия отменила приговор ввиду нарушения судом первой инстанции требований ч. 5 ст. 69 УК РФ - К. не назначено окончательное наказание по совокупности преступлений путем частичного или полного сложения наказаний. Поскольку по первому приговору назначалось реальное наказание в виде исправительных работ, то в соответствии со ст. 71 УК РФ самостоятельное исполнение наказаний по первому и второму приговорам недопустимо.

(опр. 31.12.02) - обз. за 4 кв. 2002

Если лицо было условно-досрочно освобождено от отбывания наказания в виде лишения свободы, и в течение оставшейся не отбытой части наказания совершило новое умышленное преступление, суд назначает ему реальное наказание по правилам ст. 70 УК РФ.

К., будучи условно-досрочно освобожденным из мест лишения свободы, в период оставшейся не отбытой части наказания совершил новое умышленное преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 213 УК РФ. Суд назначил ему наказание по ч. 1 ст. 213 УК РФ в виде 1 года лишения свободы, в соответствии со ст. 70 УК РФ присоединил наказание, не отбытое по предыдущему приговору, и окончательно определил К. 2 года лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, то есть условно с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев.

Приговор отменен в кассационном порядке ввиду неправильного применения уголовного закона. В соответствии с п. “в“ ч. 7 ст. 79 УК РФ, и с учетом того, что К. ранее был условно-досрочно освобожден от реального наказания, если он в течение оставшейся не отбытой части наказания совершил новое умышленное преступление, суд отменяет условно-досрочное освобождение и назначает ему по правилам ст. 70 УК РФ наказание, которое не может в данном случае быть условным.

(опр. 25.03.03) - обз. за 1 кв. 2003

Справедливость наказания

При назначении наказания суд обязан учитывать характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, влияющие на наказание.

Судебная коллегия, рассматривая кассационную жалобу Т. о снисхождении к нему, установила, что он, будучи ранее дважды судимым за кражи, около дома Разживина тайно похитил трех кур общей стоимостью 240 рублей, принадлежавших потерпевшему, за что осужден по п. “в“ ч. 3 ст. 158 УК РФ к 5 годам лишения свободы. Данный приговор коллегия сочла явно несправедливым ввиду суровости наказания, назначенного без учета всех обстоятельств преступления.

Объект посягательства и его стоимость существенно уменьшают общественную опасность преступления. Сам Т. вину в преступлении признал, способствовал его раскрытию, в содеянном раскаялся, имеет на иждивении трех несовершеннолетних детей. Данные обстоятельства не только смягчают наказание, но и в своей совокупности являются исключительными. На основании ст. 64 УК РФ судебная коллегия снизила Т. наказание за указанное преступление до 2 лет лишения свободы.

(опр. 22.11.01) - обз. за 4 кв. 2001

Наказание за совершенное преступление должно быть не только законным и обоснованным, но и справедливым. При этом суд обязан руководствоваться общими началами назначения наказания, закрепленными в ст. 60 УК РФ.

П., судимая в 1999 г. по п.п. “б, в“ ч. 3 ст. 228 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком в 4 года, признана виновной в незаконном приобретении, хранении с целью сбыта и сбыте героина в количестве 0,051 г, совершенных в период испытательного срока, и осуждена по совокупности приговоров к 14 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества. Коллегия, согласившись с выводами суда о доказанности преступления и его квалификации, в то же время указала, что суд не учел полное признание ею вины и чистосердечное раскаяние, наличие малолетних детей, другие смягчающие обстоятельства, что позволяет признать их исключительными и назначить П. наказание без учета правила ч. 2 ст. 68 УК РФ, снизив ей наказание по совокупности приговоров до 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества. При этом следует иметь ввиду, что согласно ст. 60 УК РФ, наказание за преступление должно быть не только законным и обоснованным, но и справедливым. Назначенное же судом первоначальное наказание, исходя из конкретных обстоятельств дела, категории преступления, количества наркотика, отношения виновной к содеянному и данных о ее личности, свидетельствует о явной несправедливости приговора.

(пост. 23.04.02) - обз. за 2 кв. 2002

Наказание может считаться справедливым, если судом учтены в полной мере общие начала назначения наказания.

Судебная коллегия, рассматривая дело по кассационной жалобе Б., осужденного по ч. 3 ст. 213 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, пришла к выводу, что действия Б., который в центре г. Костромы в состоянии алкогольного опьянения из хулиганских побуждений нанес стеклянной бутылкой, используемой в качестве оружия, один удар по голове потерпевшему З., квалифицированы правильно, однако назначенное наказание является несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

Судом в нарушение требований ст. 60 УК РФ не учтены в полной мере общие начала назначения уголовного наказания. Отягчающие обстоятельства по делу отсутствуют, в то же время имеется совокупность смягчающих обстоятельств (Березка ранее не судим, не привлекался к административной ответственности, длительное время работает на одном предприятии в качестве квалифицированного рабочего, неоднократно поощрялся за отличную работу, по месту жительства также характеризуется исключительно положительно, имеет на иждивении малолетнего ребенка), которые коллегия признала исключительными и снизила наказание с применением ст. 64 УК РФ до 1 года лишения свободы условно с испытательным сроком 6 месяцев.

(опр. 21.11.02) - обз. за 4 кв. 2002

Согласно ч. 1 ст. 383 УПК РФ несправедливым является приговор, наказание по которому хотя и не выходит за пределы предусмотренные соответствующей статьей УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

И. осужден по ст. 264 ч. 1 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Согласно приговору суда, И., в состоянии алкогольного опьянения управляя автомашиной, не справился с управлением и совершил наезд на пешехода Л., который от полученных телесных повреждений скончался. С места происшествия И. скрылся, не оказав помощи потерпевшему.

Судебная коллегия приговор отменила за мягкостью назначенного наказания.

Х. осужден по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Он признан виновным в нанесении удара ножом в живот своему племяннику во время ссоры, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

При назначении наказания суд учел явку с повинной, позицию потерпевшего, не настаивавшего на строгом наказании осужденного, заболевание последнего туберкулезом.

Судебная коллегия, отменяя приговор в связи с несправедливостью назначенного Х. наказания вследствие его чрезмерной мягкости, указала, что Х. как личность характеризуется отрицательно и представляет повышенную опасность для общества. Он более 20 лет провел в местах лишения свободы за совершение умышленных преступлений, две последние судимости - за убийство и грабеж, по которым он отбыл 15 лет лишения свободы, не погашены. Преступление в отношении “лемянника совершил на следующий месяц после освобождения из мест лишения свободы.

(обз. за 2 кв. 2004)

При назначении наказания за действия, связанные с незаконным оборотом наркотиков, следует, в числе обстоятельств дела, учитывать и фактическое количество наркотических средств.

М., будучи ранее дважды судимой по ч. 3 ст. 228 УК РФ к лишению свободы, вновь признана виновной и осуждена за приобретение наркотического средства - героина массой 33,73 г, по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, а П. - за пособничество в приобретении наркотиков к 1 году 3 месяцам лишения свободы.

Судебная коллегия по кассационному представлению прокурора приговор отменила в отношении обеих осужденных за чрезмерной мягкостью назначенного наказания, указав, что суд не учел данные о личности осужденных, а также фактический размер наркотического средства, находившегося в незаконном обороте, превышающий особо крупный размер более чем в 6 раз (более 300 средних разовых доз потребления наркотического средства).

(обз. за 3 кв. 2004)

Г. с целью причинения телесных повреждений, осознавая особую жестокость их причинения, облил спиртом троих потерпевших и поджег, причинив их здоровью тяжкий вред, а один из потерпевших от полученных ожогов скончался. За совершение данных преступлений суд назначил Г. наказание по совокупности преступлений в виде 8 лет лишения свободы.

Судебная коллегия, отменяя приговор, указала, что при доказанности совершенных Г. преступлений, с учетом вышеуказанных обстоятельств дела, наказание ему назначено чрезмерно мягкое.

(обз. за 3 кв. 2004)

Дополнительное наказание назначается сначала за конкретное преступление, а затем по совокупности преступлений.

Судом П. признан виновным в преступлениях, предусмотренных ст. 264 ч. 2, 265 УК РФ, и осужден по ст. 264 ч. 2 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по ст. 265 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 2 годам 1 месяцу лишения свободы с лишением права управления транспортными средствами на 3 года. Коллегия отменила приговор по следующим основаниям: суд в нарушение требований ст. 314 УПК РСФСР (сейчас ст. 307 УПК РФ), признавая П. виновным в нарушении правил дорожного движения, не указал в описательной части приговора, какие именно правила им нарушены и в чем конкретно выразилось нарушение; в нарушение требований п. 4 ч. 1 ст. 315 УПК РСФСР (п.п. 4, 5 и 8 ч. 1 ст. 308 УПК РФ) суд, признав необходимым назначение дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством на определенный срок, в резолютивной части приговора при определении наказания за каждое преступление не указал на дополнительное наказание, а назначил дополнительное наказание лишь по совокупности преступлений.

(опр. 14.05.02) - обз. за 2 кв. 2002

В соответствии с принципом частичного или полного сложения наказаний (ч. 3 ст. 69 УК РФ), окончательное наказание, назначенное судом по совокупности преступлений, не может быть меньше наказания, назначенного за каждое из преступлений, входящих в совокупность.

Районный суд признал С. виновным в совершении двух преступлений и назначил ему наказание по ст. 119 УК РФ - 6 месяцев лишения свободы, по ст. 213 ч. 3 УК РФ - 4 года лишения свободы. Окончательное наказание С. определено в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев. Судебная коллегия указала в своем определении об отмене приговора на нарушение судом требований ч. 3 ст. 69 УК РФ о том, что при полном или частичном сложении наказаний по совокупности преступлений окончательное наказание не может быть меньше наказания, назначенного за каждое из преступлений, входящих в совокупность

(опр. 11.06.02) - обз. за 2 кв. 2002

Часть 2 ст. 69 УК РФ предусматривает возможность поглощения менее строгого наказания более строгим. Одинаковые по виду и размеру наказания подлежат частичному или полному сложению.

Приговором районного суда А. был признан виновным в совершении 4 краж по ст. 158 ч. 2 п. “б“ УК РФ, и по каждому эпизоду ему назначено наказание по 2 года лишения свободы. Руководствуясь принципом поглощения менее строгого наказания более строгим (хотя все наказания одинаковы), суд по совокупности преступлений назначил окончательное наказание 2 года лишения свободы.

Судебная коллегия ввиду нарушения требований части 2 ст. 69 УК РФ была вынуждена по трем эпизодам краж назначенное наказание снизить до 1 года лишения свободы, а по одному оставить 2 года лишения свободы, и на основании ст. 69 ч. 2 УК РФ поглотить менее строгие наказания более строгим, определив окончательное наказание в виде 2 лет лишения свободы.

(обз. за 2 кв. 2004)

При назначении наказания по совокупности приговоров окончательное наказание должно быть больше как наказания, назначенного за новое преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

М. ранее был судим к 4 годам лишения свободы условно, и в период испытательного срока совершил новое преступление. Суд определил ему наказание в размере 2 лет лишения свободы, отменил условное осуждение и по совокупности приговоров путем частичного сложения назначил окончательное наказание в виде 4 лет лишения свободы. Судебная коллегия отменила приговор за нарушением требований ч. 4 ст. 70 УК РФ, поскольку окончательное наказание, назначенное М., не превышало как наказания, назначенного ему за новое преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

(опр. 25.10.01) - обз. за 4 кв. 2001

Суд апелляционной инстанции, рассматривающий по апелляционной жалобе или протесту приговор, вынесенный мировым судьей, обязан проверить правильность установления мировым судьей фактических обстоятельств дела и применения уголовного закона, а также соблюдение им при рассмотрении и разрешении дела норм уголовно-процессуального закона.

К. осужден мировым судьей по ст. 119 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы, по ст. 116 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ, а по совокупности преступлений к 1 году 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Судья районного суда, рассматривавший дело в апелляционном порядке, приговор мирового судьи оставил без изменения. Судебная коллегия при рассмотрении дела по кассационной жалобе К., не согласного с осуждением его по ст. 119 УК РФ, пришла к выводу, что его действия по данной статье квалифицированы правильно, наказание за указанное преступление назначено в соответствии с законом. В то же время, приговор в части осуждения по ст. 116 УК РФ отменен с направлением дела новое рассмотрение.

Согласно ст. 487 УПК РСФСР (ст. 360, 361 УПК РФ), по апелляционной жалобе и протесту суд апелляционной инстанции проверяет правильность установления фактических обстоятельств дела и применения уголовного закона, а также соблюдение при рассмотрении и разрешении дела норм уголовно-процессуального закона. Данное требование судьей районного суда в полном объеме не выполнено. В нарушение ч. 2 ст. 50 УК РФ, мировой судья при назначении К. наказания по ст. 116 УК РФ не определил размер ежемесячного удержания из заработка осужденного в доход государства, фактически не назначив ему наказание за указанное преступление. Кроме того, в нарушение ч. 2 ст. 69 УК РФ, мировой судья не указал способ назначения наказания по совокупности и преступлений, а также не проверил все доводы осужденного, в том числе о его примирении с потерпевшей. Однако судьей районного суда допущенные нарушения закона в апелляционном порядке не устранены.

(опр. 11.12.01) - обз. за 4 кв. 2001

Наказание несовершеннолетним

Несовершеннолетнему, совершившему тяжкое преступление в возрасте до 16 лет, не может быть назначено наказание свыше 6 лет, а за преступление небольшой или средней тяжести, не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Районный суд при пересмотре приговора в отношении несовершеннолетней П. не учел, что преступления, за которые она признана виновной (ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 161 УК РФ), являются преступлениями небольшой и средней тяжести, и совершены ею в возрасте 15 лет. В соответствии со ст. 88 УК РФ, наказание ей не могло быть назначено в виде лишения свободы. Кроме того, в соответствии со ст. 20 УК РФ, уголовная ответственность по ст. 115 УК РФ наступает с 16 лет.

Несовершеннолетний К. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы. Судебная коллегия приговор изменила, указав, что суд при назначении вида наказания не учел требования ч. 6 ст. 88 УК РФ, так как за преступления небольшой или средней тяжести несовершеннолетнему обвиняемому в возрасте до 16 лет не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

(обз. за 3 кв. 2004)

НАЗНАЧЕНИЕ ВИДА ИСПРАВИТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ

Мужчинам при особо опасном рецидиве назначается исправительная колония особого режима.

Суд признал А., имеющего две судимости за тяжкие преступления, виновным в совершении хищений чужого имущества путем кражи и мошенничества при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159 УК РФ) и назначил наказание в виде лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Надзорная инстанция приговор в части назначенного вида исправительного учреждения отменила и дело направила на новое рассмотрение, указав, что в соответствии с п. “г“ ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы назначается мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений в исправительных колониях особого режима.

(пост. 22.03.02) - обз. за 1 кв. 2002

Лицам, достигшим на момент вынесения приговора 18 лет, отбывание лишения свободы назначается не в воспитательных, а в исправительных колониях.

Приговором суда И. признан виновным в грабеже и умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, совершенных им в возрасте до 18 лет. Ему по совокупности преступлений назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием в воспитательной колонии.

Судебная коллегия изменила приговор в части определения места отбывания наказания. Согласно ч. 6 ст. 88 УК РФ и ст. 74 УИК РФ, лишение свободы в воспитательных колониях отбывается лицами, не достигшими возраста 18 лет. Поскольку И. на момент вынесения приговора уже был совершеннолетним, ему в соответствии с п. “б“ ч. 1 ст. 58 УК РФ следует определить местом отбывания наказания исправительную колонию общего режима.

(опр. 22.04.03) - обз. за 2 кв. 2003

В соответствии с п. “а“ ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы назначается лицам, осуждаемым за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, - в колониях - поселениях.

Т. была осуждена по ч. 2 и 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы. Районный суд, пересмотрев приговор в порядке его исполнения, изменил квалификацию на ч. 1 ст. 158 УК РФ, однако не учел положения п. “а“ части 1 ст. 58 УК РФ, и без приведения мотивов принимаемого решения оставил без изменения вид исправительной колонии. Судебная коллегия по жалобе осужденной постановление суда изменила и определила Т. местом отбывания наказания колонию - поселение.

(обз. за 3 кв. 2004 г.)

ИСПОЛНЕНИЕ ПРИГОВОРА

Министерствами здравоохранения и юстиции РФ установлен специальный порядок рассмотрения обращений осужденных о наличии у них заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы.

К., находясь в местах лишения свободы, обратился в районный суд по месту отбывания наказания с заявлением (ходатайством) об освобождении его от дальнейшего отбывания наказания в связи с рядом заболеваний, которыми он страдает, повлекшими признание его инвалидом 2 группы: ишемической болезнью сердца, атеросклерозом, туберкулезом легких и другими. В опровержение доводов К. администрация исправительного учреждения представила в суд справку начальника медчасти об отсутствии у К. заболеваний, препятствующих его нахождению в местах лишения свободы, и соответственно, оснований для его освобождения от дальнейшего отбывания наказания, на основании которой суд отказал в удовлетворении ходатайства.

Судьей областного суда по жалобе К. возбуждено надзорное производство, по результатам которого президиум областного суда отменил постановление районного суда и направил материал на новое рассмотрение.

Как указано в постановлении президиума, судом не учтено, что приказом Минздрава и Минюста РФ от 09.08.2001 N 311/242 (В настоящее время данные документа действуют в редакции Приказа Минздрава и Минюста РФ от 01.11.2002 N 329/297) утверждены “Перечень заболеваний, который может быть использован в качестве основания для представления к освобождению от отбывания наказания осужденных к лишению свободы“ (Приложение N 1 к Приказу) и “Порядок медицинского освидетельствования осужденных к лишению свободы и их представления к освобождению от отбывания наказания в связи с тяжелой болезнью“ (Приложение N 2 к Приказу), устанавливающие специальный порядок рассмотрения обращений осужденных и их обследования медицинской комиссией исправительного учреждения. Поэтому вывод суда о том, что имеющиеся у Кротова заболевания не являются основанием для освобождения его от наказания по болезни, сделан преждевременно, при отсутствии составленных и доведенных до сведения осужденного в установленном порядке медицинских документов, их исследования и оценки в судебном заседании.

(пост. 16.05.03) - обз. за 2 кв. 2003

В случае декриминализации совершенного осужденным деяния, при пересмотре последнего приговора в порядке ст. 10 УК РФ, суд обязан исключить указание об отмене условно осуждения и назначении наказания по совокупности приговоров.

При пересмотре районным судом приговора в отношении осужденного Н., в связи с декриминализацией деяния, суд правильно освободил его от наказания по приговору от 13 января 2001 года. Вместе с тем, не учел, что приговором от 27 сентября 2002 года Н. отменялось условное осуждение, назначенное приговором от 13 января 2001 г., и наказание назначено по совокупности приговоров. При таких обстоятельствах судебная коллегия постановление суда изменила, исключила из приговора от 27 сентября 2002 года указания об отмене условного осуждения и назначении наказания с применением ст. 70 УК РФ.

(обз. за 3 кв. 2004)

При пересмотре приговора в порядке ст. 10 УК РФ суд не может применить закон, ухудшающий положение осужденного.

При пересмотре приговора в порядке его исполнения районный суд переквалифицировал действия осужденного П. с ч. 5 ст. 148 УК РСФСР (от 6 до 15 лет) на ч. 3 ст. 163 УК РФ (от 7 до 15 лет). Кроме того, применил принцип назначения наказания, предусмотренный ст. 69 ч. 3 УК РФ, тогда как П. было назначено наказание с применением ст. 40 УК РСФСР, предусматривавшей назначение наказания, в том числе, и путем поглощения.

Далее суд, назначив наказание по совокупности приговоров с применением ст. 70 УК РФ (предусматривающей сложение наказаний до 30 лет), вновь ухудшил положение осужденного, так как по ст. 41 УК РСФСР окончательное наказание не могло превышать 15 лет.

Судебное решение отменено ввиду нарушения требований ст. 10 УК РФ.

(обз. за 3 кв. 2004)

Если одно из преступлений, входящих в совокупность преступлений, при пересмотре приговора исключается, то окончательное наказание подлежит сокращению.

З. осужден по ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 222 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных за каждое преступление наказаний к 10 годам лишения свободы. При пересмотре приговора в порядке исполнения районный суд исключил осуждение по ч. 1 ст. 158 УК РФ, однако в нарушение закона не снизил наказание, назначенное по совокупности преступлений.

(обз. за 3 кв. 2004)

При условном осуждении течение испытательного срока начинается с момента провозглашения приговора, а не с момента вступления приговора в законную силу.

По представлению начальника уголовно-исполнительной инспекции Л., которому ранее уже продлевался двухгодичный испытательный срок на 6 месяцев, отменено условное осуждение и он направлен для отбывания наказания в места лишения свободы.

Как установлено судом кассационной инстанции, приговор о назначении Л. условного осуждения постановлен 26 марта 2002 г., а постановление о продлении Л. испытательного срока вынесено 30 апреля 2004 г. По смыслу ст. 73 УК РФ, при условном осуждении течение испытательного срока начинается с момента провозглашения приговора, а не с момента вступления приговора в законную силу. Данная норма имеет приоритет над нормой ст. 189 УИК РФ, регулирующей вопросы, связанные не с назначением, а исполнением наказания, поскольку согласно ст. 3 УК РФ, преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только Уголовным кодексом РФ.

Таким образом, на момент вынесения постановления районного суда от 30 апреля 2004 г. о продлении Л. двухгодичного испытательного срока данный срок уже истек, и с учетом положения п. “а“ ч. 3 ст. 86 УК РФ, судимость Л. по приговору от 26.03.02 следует считать погашенной, что аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью, в том числе возможность отмены условного осуждения. По указанным причинам судебное решение об отмене условного осуждения отменено, производство по материалу прекращено.

(опр. 16.11.04) - обз. за 4 кв. 2004

Закон устанавливает для несовершеннолетних осужденных сокращенные сроки для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания.

Л., 1985 года рождения, осужденный в несовершеннолетнем возрасте за тяжкое преступление, обратился в районный суд по месту отбывания уголовного наказания с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания. Постановлением суда в удовлетворении ходатайства отказано в связи с тем, что Л. отбыл чуть более половины назначенного срока наказания, за это время никак себя не проявил, и у суда нет уверенности, что он встал на путь исправления.

Отменяя постановление с направлением материала на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции отметил в определении, что вывод о непродолжительном периоде отбытого Л. наказания основан на неправильном применении уголовного закона и не соответствует фактическим обстоятельствам дела. В соответствии со ст. 93 УК РФ (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ), условно-досрочное освобождение от отбывания наказания может быть применено к лицам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте, осужденным к лишению свободы, после фактического отбытия не менее одной трети срока наказания, назначенного судом за преступление небольшой или средней тяжести либо за тяжкое преступление. Таким образом, у Л. право на условно-досрочное освобождение наступило задолго до его обращения в суд. Кроме того, в постановлении судьи не приведены конкретные сведения, дающие суду основания сомневаться в том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного наказания.

(опр. 16.11.04) - обз. за 4 кв. 2004

Составитель,

судья Костромского областного суда,

доктор юридических наук

М.С.ШАЛУМОВ

Ответственный руководитель,

председатель Костромского областного суда,

заслуженный юрист Российской Федерации

В.С.ИВАНОВ